К вопросу о содержании понятия уважения государством
внутренних установлений религиозных организаций

Понкин И.В.

(Статья опубликована впервые в журнале

«Религия и право», № 2 (73), 2015)

 

 

Постановка проблемы

Вопрос о рамках и пределах взаимодействия публичного порядка и автономного внеправового нормативного порядка в сфере религии замыкается, не в последнюю очередь, на вопрос о содержании и гарантиях уважения государством внутренних установлений религиозных организаций.

Данный вопрос нельзя назвать достаточно исследованным. Из российских авторов его касались в своих работах А.В. Пчелинцев, И.В. Загребина, К.М. Андреев, М.О. Шахов, А.И. Понкина, игумен Филипп Рябых и автор настоящей статьи.

Гарантии уважения государством внутренних установлений религиозных организаций закреплены и в ряде международных актов, и в национальных законах демократических правовых государств.

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 2 Определения от 11.07.2002 № 209-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Михайловой Марии Борисовны и Рывкина Кирилла Альбертовича на нарушение их конституционных прав пунктом 2 статьи 15 Федерального закона “О свободе совести и о религиозных объединениях”», со ссылкой на соответствующую норму вышеозначенного Федерального закона, подтвердил, что государство уважает внутренние установления религиозных организаций, если указанные установления не противоречат законодательству Российской Федерации.

Автономность религиозных организаций в отношении светского правового государства (выражаемая в более широком понимании в автономном внеправовом нормативном порядке в сфере религии) предполагает институциональную (включая служебно-иерархическую), организационно-деятельностную, нормотворческую, арбитражную и иную автономность религиозных организаций, их субстантивность (самостоятельность существования и функционирования) и самореферентность в определении своего внутриструктурного порядка и, шире, указанного автономного внеправового нормативного порядка. В свою очередь, автономность религиозных организаций корреспондирует не только вынужденной, в силу конституционного принципа светскости, обязанности государства признавать таковую автономность, но и уважению государством религиозных организаций, в том числе их внутренних установлений. Определяемое императивами светскости государства признание автономности религиозных организаций так же понуждает государство уважать таковые и, что самое важное, воздерживаться от необоснованного и избыточного вмешательства во внутренние дела религиозных организаций (включая вопросы реализации религиозных традиций, отправления религиозных обрядов и церемоний, построения внутренней структуры, определения и реализации внутренних служебно-иерархических отношений и религиозно-“юрисдикционных” полномочий). Религиозным организациям такая автономность позволяет самостоятельно и самореферентно определять для себя конкретные свои полномочия и задачи, решать то, каким именно образом органы управления религиозной организации могут реализовывать такие полномочия и задачи, а также определять характер и степень институционального взаимодействия с государством и обществом, с их сегментами и институтами. Государство вправе оказывать влияние на деятельность религиозных организаций посредством осуществления базового правового регулирования и реализации юридически и фактически обоснованных административных мер, в пределах, определенных на конституционном уровне.

Представляет существенный научный интерес, как и насколько отражен императив уважения государством внутренних установлений религиозных организаций в актах и документах – конкордатах, национальных законах государств, судебной практике. Приведем некоторые примеры.

1. Некоторые примеры конкордатных положений об уважении государством внутренних установлений религиозных организаций

Статья 1 Конкордата от 28.07.1993 между Святым Престолом и Республикой Польшей  устанавливает гарантии автономности Римской католической церкви в Польше и уважения её со стороны государства. В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 4 указанного Конкордата, «Республика Польша признает правосубъектность Католической церкви. Республика Польша также признает правосубъектность всех канонических и территориальных институций и персональные статусы в соответствии с нормами канонического права. Церковная власть надлежащим образом доводит их до сведения компетентных органов государства». Статья 5 указанного Конкордата определяет, что «в отношении свободы вероисповедания государство гарантирует Католической церкви…  свободное и публичное осуществление своей юрисдикции, управления и администрирования своих внутренних дел, в соответствии с каноническим правом». Согласно пунктам 1 и 2 статьи 7 Конкордата, «церковные учреждения укомплектовываются  компетентным органом Церкви, в соответствии с нормами канонического права. Назначение и прекращение полномочий епископов являются исключительной компетенцией Святого Престола». Пункт 2 статьи 8 Конкордата устанавливает, что «организация публичного богослужения является компетенцией церковной власти, в соответствии с нормами канонического права и с учётом соответствующих положений польского законодательства».

Согласно преамбуле Конкордата от 18.05.2004 между Святым Престолом и Португальской Республикой , Католическая церковь и государство, каждый в своей собственной сфере, автономны и независимы. Пункт 1 статьи 2 Конкордата определяет, что «Португальская Республика признает право Католической церкви осуществлять свою апостольскую миссию и обеспечивать публичное и свободное осуществление своей деятельности, в частности того, что касается религиозного поклонения, обучения и служения, а также юрисдикции священников».

В соответствии с пунктом 4 статьи 2 Соглашения от 28.07.1976 между Святым Престолом и Правительством Испании об отказе от привилегий и о назначении епископов , «Испанское государство признаёт и уважает неотъемлемую компетенцию церковных судов по нарушениям исключительно церковного права, в соответствии с каноническим правом».

Согласно статье 1 Соглашения между Испанском государством и Святым Престолом по экономическим вопросам от 03.01.1979 , Католическая церковь вправе свободно собирать своих верующих, организовывать публичные мероприятия и получать пожертвования и приношения.

2. Положения некоторых зарубежных законов об уважении государством внутренних установлений религиозных организаций

Согласно пункту 1 статьи 12 Закона Польши от 17.05.1989 (в ред. от 01.07.2011) «О гарантиях свободы совести и вероисповедания» , «статус духовенства и религиозных приходов и других религиозных организаций подчинен положениям внутреннего нормативного регулирования церкви или другой религиозной организации».

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 15 Закона Португалии № 16/2001 от 22.06.2001 (в ред. от 2012 года) «О религиозной свободе» , религиозными служителями признаются лица, считаемые таковыми в соответствии с нормативными установлениями их церкви или религиозной общины. Статус религиозного служителя определяется компетентными органами его церкви или религиозной общины…».

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Закона Румынии № 489/2006 от 08.01.2007 «О свободе вероисповедания и общем режиме религиозных объединений» , признанные религии являются юридическими лицами публичного полезности. Они самоорганизуются и действуют, согласно конституционным положениям и положениям настоящего Закона, автономно, в соответствии с их собственными уставами или каноническими сводами установлений.

3. Некоторые решения Европейского суда по правам человека, касающиеся вопроса об уважении государством внутренних установлений религиозных организаций

Согласно Постановлению Европейского суда по правам человека от 25.02.1982 по делу «Кэмпбэлл и Козанс против Соединенного Королевства» , «слово “уважение” означает больше, чем “признавать” или “принимать во внимание”…, подразумевает некоторую позитивную обязанность со стороны государства» (пункт «a» параграфа 37). В Постановлении Европейского суда по правам человека от 13.06.1979 по делу «Маркс против Бельгии»  так же отражен указанный подход к интерпретации значения слова «уважение» – как предполагающего определённую позитивную обязанность со стороны государства), а также отражено значение этого слова как отражающего недопустимость необоснованного и чрезмерного вмешательства в дела субъекта (параграф 31).

Показательным является и Постановление Европейского суда по правам человека от 12.06.2014 по делу «Фернандес Мартинес против Испании» . Дело было инициировано по жалобе Хосе Антонио Фернандеса Мартинеса против Королевства Испании в связи с предполагавшимся нарушением положений Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод . Заявитель по данному делу утверждал, ссылаясь на статью 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, рассматриваемую как отдельно, так и во взаимосвязи со статьей 14, что невозобновление срока действия его трудового договора на замещение должности учителя католической религии и этики в государственной средней школе представляло собой неоправданное вмешательство в реализацию его права на частную жизнь. Заявитель утверждал, что огласка его частной и семейной жизни в качестве женатого священника послужила причиной для отказа в продлении срока действия его трудового договора, что было несовместимым с его свободой мысли и свободой выражения мнения согласно статьям 9 и 10 Конвенции.

Согласно параграфу 13 Постановления Европейского суда по правам человека по данному делу, заявитель был рукоположен в сан священника в 1961 году, а в 1984 году он обратился в Ватикан для освобождения от обета безбрачия. Не получив на тот момент никакого ответа на свой запрос, в следующем году он вступил в брак, и на момент рассмотрения данного дела он также состоял в браке и имел пятерых детей. В октябре 1991 года заявитель был принят на должность учителя католической религии и этики в государственную среднюю школу региона Мурсии в соответствии с трудовым договором, заключенным сроком на один год с возможностью дальнейшего его ежегодного продления.

В соответствии с положениями Соглашения между Испанском государством и Святым Престолом по вопросам образования и культуры от 03.01.1979 , религиозное образование должно преподаваться лицами, которые каждый учебный год назначаются административным органом из числа лиц, предлагаемых ординарием епархии. При этом такое назначение осуществляется ежегодно и автоматически продлевается, если только ординарий не предоставит противоположное мнение по этому поводу до начала учетного года, либо если орган публичной власти по серьезным дисциплинарным или академическим причинам не сочтет необходимым отменить назначение лица на должность (и в этом случае соответствующий орган религиозной организации обязан согласиться с такой отменой). Кроме того, вышеуказанное Соглашение устанавливало, что на всех уровнях образования решения о вознаграждении для всех учителей католической религии, не входящих в государственный преподавательский состав, принимается совместно центральной администрацией и Епископской конференцией Испании .

В ноябре 1996 года в печатном средстве массовой информации была издана статья, в которой содержалось указание на то, что заявитель, являясь священником, состоит в браке. В августе 1997 года Папа Римский удовлетворил ходатайство заявителя об освобождении от обета безбрачия, постановив также, что заявитель теряет при этом свой статус священника и утрачивает все связанные с ним права, а также церковные почести и функции. Кроме того, Папа Римский в своем предписании об этом указал на то, что заявитель не имеет больше обязанностей, связанных с таким статусом и лишен права на преподавание католической религии в государственных учреждениях, если только местный епископ не примет иного решения в отношении школ более низкой ступени образования. Заявитель был проинформирован об этом 15 сентября 1997 года, а 29 сентября того же года информация об этом была направлена в Министерство образования Испании.

11 ноября 1997 года соответствующая епархия вынесла меморандум, в котором указала, что «[заявитель], секуляризованный священник, преподавал католическую религию и этику ... на основании полномочий, возлагаемых на епископов рескриптами... Эти полномочия... могли бы продолжать осуществляться для преподавания предметов, связанных с католической религией, при условии отсутствия риска возникновения скандала. Когда же ситуация заявителя стала достоянием общественности... стало более невозможным для епископа епархии позволять осуществлять такие полномочия». 

Епархия также указала, что такое решение было принято из уважения к чувствам родителей детей, которые могли расстроиться, узнав о ситуации заявителя, который преподавал религию и этику их детям.

Кроме того, епархия отдельно специально подчеркнула, что обстоятельства данного дела не могут рассматриваться исключительно с трудовой или профессиональной точки зрения, так как для Католической церкви таинство священства является намного более важным, чем строго трудовой или профессиональный контекст.

В своем решении по делу заявителя Конституционный суд Испании также указал, что никакие права не могут быть абсолютными и неограниченными, и в некоторых случаях ограничение отдельных прав связано с необходимостью обеспечения других конституционных прав или ценностей.

Конституционный суд Испании пришел к выводу о том, что определенная степень вмешательства в право заявителя на свободное исповедание религии, в его индивидуальном измерении, а также его свободу выражения мнения, здесь была оправданной для обеспечения осуществления Католической церковью её основного законного права на свободное исповедание религии в его коллективном измерении, а также для обеспечения права родителей выбирать религиозное образование для своих детей.  

Важно отметить, что при рассмотрении данного дела Европейский суд по правам человека в своем решении в разделе, касающемся анализа применимого в данном случае права, обращался, в том числе, и к Кодексу канонического права.

В параграфе 122 постановления по делу «Фернандес Мартинес против Испании» от 12 июня 2014 года, Европейский суд по правам человека пришел к выводу о том, что непродление срока действия трудового договора заявителя преследовало законную цель обеспечения защиты прав и свобод других лиц, а именно, Католической церкви, в частности, ее автономности в отношении выбора лиц для аккредитации на преподавание религиозной доктрины.

Европейский суд по правам человека указал, что в данном деле необходимо было найти баланс между правом заявителя на его личную и семейную жизнь, с одной стороны, и правом религиозных организаций на автономию, с другой стороны.

Европейский суд по правам человека также указал, что в том, что касается автономности религиозных групп, религиозные общины существуют традиционно и повсеместно в форме организованных структур, и в перспективе, право верующих на свободное исповедание религии предполагает, что им позволено собираться свободно, без неоправданного вмешательства государства, и такое автономное существование религиозных общин является необходимым условием для плюрализма в демократическом обществе. Соответственно, статья 9 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод предполагает не только свободную фактическую организацию деятельности этих общин, но и эффективное осуществление их активными членами свободы вероисповедания. Если организационные аспекты жизни религиозной общины не защищаются эффективно статьей 9 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, все другие аспекты права индивида на свободное исповедание религии становятся уязвимыми. 

Кроме того, по мнению Европейского суда по правам человека, уважение автономности религиозных общин, признанных государством, означает, в частности, то, что государство должно признавать право этих общин действовать в соответствии с их собственными правилами и интересами в отношении любых диссидентских движений, возникающих внутри них, которые могут представлять собой угрозу для их сплоченности или единства. Поэтому в задачи органов публичной власти государства не входит выполнение функций арбитров между такими общинами и диссидентскими движениями.

4. Некоторые решения Верховного суда США, касающиеся вопроса об уважении государством внутренних установлений религиозных организаций

Представляет интерес Решение Верховного суда США от 24.11.1952 по делу «Кедрофф против Свято-Николаевского собора» № 344 U.S. 94 (1952) .  Иск был подан в религиозной организацией, держателем правового титула на собственность, с целью определения того, какой именно священник имеет право на то, чтобы использовать и занимать Свято-Николаевский собор в г. Нью-Йорке. Апелляционный суд штата Нью-Йорк принял решение в пользу истца на основании положений законодательства штата Нью-Йорк о религиозных организациях, которые императивно требуют переноса управления от иностранных церковных властей к органам, выбранным коллегиальным органом североамериканских церквей. Верховный суд США в своем решении по данному делу пришел к выводу о том, что такие положения законодательства штата Нью-Йорк нарушают свободу религии.

Кроме того, Верховный суд США постановил следующее:

  • законодательство, определяющее иерархию церквей, церковные органы управления, порядок назначения духовенства, либо необходимость или порядок распределения контроля между церквями, представляет собой вмешательство в свободу религии и противоречит Конституции США;

  • свобода выбирать духовенство теперь будет под федеральной конституционной защитой от необоснованного вмешательства со стороны государства, как часть права на свободное исповедание религии;

  • даже в тех случаях, когда решения, касающиеся церковного права или обычая, затрагивают вопросы, касающиеся прав собственности, гражданские суды должны учитывать церковные правила.

По мнению Д. Лэйкока, Первая поправка к Конституции США, предусматривающая, что Конгресс не должен издавать нормативно-правовые акты, как касательно введения государственной религии, так и запрещающие ее свободное осуществление, предусматривает защиту по меньшей мере трех разных видов прав: во-первых, свободу осуществлять религиозную деятельность, в частности, строить церкви и соответствующие школы, проводить богослужения, молиться, привлекать новых людей в свою веру, обучать моральным ценностям; во-вторых, право религиозных организаций осуществлять вышеуказанную деятельность автономно, в частности, избирать своих собственных лидеров, определять собственные доктрины, разрешать споры, возникающие в рамках таких организаций, самостоятельно, учреждать собственные институты; и, в-третьих, право на обоснованное несогласие с политикой государства. Если государство вмешивается в такую независимость религиозной организации, и, в особенности, в процесс распределения полномочий внутри такой организации, это воспрепятствует реализации религиозных прав .

Показательным также является решение Верховного суда США № 597 F. 3d 769 от 11.01.2012 по делу «Евангелическая лютеранская церковь и школа Осанна табор против Комиссию по равным возможностям при трудоустройстве» . В данном деле основным было определение вопроса о том, что некоторые нормативно-правовые акты США, касающиеся дискриминации в сфере труда, позволяют работникам, которые были незаконно уволены, подавать в суд на своих работодателей для восстановления в должности и возмещения понесённого ущерба. И в данном случае необходимо было определить, насколько распространяется их действие, в частности, в свете положений Первой поправки к Конституции США, на ситуации, когда в качестве работодателя выступает религиозная организация, а работник является одним из религиозных служителей такой организации.

Заявитель по данному делу, Евангелическая лютеранская церковь и школа Осанна-Табор, является членом конгрегации Миссурийского синода Лютеранской церкви. Данный синод классифицирует всех учителей на две категории: представители первой категории имеют определённый религиозный статус («призвание») и должны проходить специальную подготовку в рамках синода, они могут быть уволены только по уважительной причине и согласно определенной процедуре; представители же второй нанимаются по контракту на срок в один год (с возможностью дальнейшего продления) и не должны отвечать таким требованиям, могут даже не быть лютеранами.

Ответчик по данному делу, Шерил Перич, была нанята в данную религиозную организацию в качестве учителя второй категории. Впоследствии на нее был возложен и ряд религиозных обязанностей. Через четыре года Перич заболела заболеванием, симптомы которого включали периодическое впадение во внезапный и глубокий сон. Через два года периодических отпусков по болезни, было созвано заседание прихожан данной религиозной организации, на котором школьная администрация сообщила, что Перич вряд ли будет физически способна вернуться к работе в ближайшие два учебных года, и община проголосовала за то, чтобы предложить Перич «мирно освободиться» от своих обязанностей. Однако истец отказалась и подготовила записку от своего врача о том, что через месяц она сможет вернуться к работе, на что школьный совет сообщил о том, что ее должность уже занята другим лицом.

В результате Перич было направлено письмо об ее увольнении, в ответ на которое она обратилась в Комиссию по равным возможностям при трудоустройстве, утверждая, что в данном случае имела место дискриминация по признаку состояния здоровья со стороны ее работодателя.

Данная комиссия обратилась в суд первой инстанции с иском против Евангелической лютеранской церкви и школы Осанна-Табор.

Евангелическая лютеранская церковь и школа Осанна табор утверждали, что Перич являлась религиозным служителем по своим функциям и была уволена по религиозным причинам, и что её угроза обратиться с иском против церкви нарушала нормативное установление синода о том, что христиане должны разрешать свои споры во внутреннем порядке.

При вынесении своего решения по данному делу (в пользу религиозной организации), Верховный суд США указал, что его прецедентное право подтверждает недопустимость препятствования государством определению религиозной организацией тех, кто именно может выступать в качестве ее религиозных служителей.

Верховный суд США также сослался на одно из своих предыдущих решений, в котором указал, что всякий раз, когда вопросы дисциплины, веры, церковных правил, обычаев или права разрешаются высшими церковными органами, государственные суды должны принимать такие решения в качестве окончательных и обязательных.

Верховный суд США также указал на то, что Первая поправка к Конституции США позволяет религиозным организациям устанавливать свои собственные правила и положения внутренней дисциплины и управления, а также создавать органы для разрешения споров по этим вопросам.

По мнению Верховного суда США, интерес общества в обеспечении исполнения законодательства, направленного на предотвращение дискриминации в сфере труда является важным, но не менее важным, чем интерес религиозных групп в самостоятельном выборе тех, кто будет проповедовать их верования, учить их вере и выполнять их миссию.

Вместо заключения

Рассматриваемый вопрос является весьма актуальным по многим причинам. В числе таковых причин – и вопрос о нападках на Русскую Православную Церковь в связи с запретом женского священства. В действительности, даже из прецедентной практики Верховного суда США чётко просматривается ответ: женщины – религиозные служители в Русской Православной Церкви принципиально имеют место (монахини, настоятельницы монастырей и т.д.), а вот вопросы распределения религиозных обязанностей и полномочий между мужчинами и женщинами – религиозными служителями в Русской Православной Церкви (отметим, что законодательство Российской Федерации не дает исчерпывающе полного определения понятию «религиозный служитель») – это уже предметно-объектная область исключительной компетенции религиозной организации, её религиозной “юрисдикции” и её автономного внеправового нормативного порядка. Вторгаться в эти вопросы извне никто не вправе, включая и государство.

Настоящая статья в силу ограниченности своего объема, в принципе, не могла бы дать исчерпывающего ответа на вопрос о том, что же всё-таки конкретно означает формулировка «уважение государством», впрочем, и цели пока такой не имела, приглашая лишь к открытию дискуссии относительно тезиса  о том, что уважение государством внутренних установлений религиозных организаций императивно (понятно, в определенных пределах) для государства в силу его светскости и выступает одним из оснований автономного внеправового нормативного порядка в сфере религии.

Москва, 111524, Россия

ул. Перовская 4а

Email: akzivo@gmail.com

Тел.: +7-916-807 31 59

© 2015 «Загребина Инна Владимировна Адвокатский кабинет». Сайт создан Маркетинг 1.0